Поиск вСоцМедиа

Джудит Моделл. Рут Бенедикт / Пер. с англ. и прим. — И.С. Анофриев

Бенедикт, Рут (1887-1948) – американский культурный антрополог. Рут Фултон росла в баптистской семье, в штате Нью-Йорк. После обучения в колледже Вассара (1905-1909) и брака со Стенли Росситером Бенедиктом в 1914 году, она поступает на отделение антропологии Колумбийского университета. В 1923 году Бенедикт защищает докторскую диссертацию под руководством Франца Боаса.

Во время полевых исследований среди индейцев пуэбло, проводимых с 1924 по 1926 гг., Бенедикт упорядочивает свои представления о религии, ранее представленные в ее прозе, поэтических опытах и ранних антропологических работах. В книге «Модели культуры» (Patterns of Culture, 1934) много внимания уделяется значимости теократии и обрядности у индейцев зуньи. В 1930-ых годах Бенедикт преподает в Колумбийском университете, а также издает «Журнал американского фольклора» (Journal of American Folk Lore). В этот же период она приступает к сравнительному изучению мифологии примитивных обществ и утопических представлений, встречающихся в развитых обществах. Во время Второй Мировой войны работавшей в Службе военной информации Бенедикт поручается написание работы о японцах, чьи представления и модели поведения резко контрастировали с американским этосом. Книга «Хризантема и меч» (The Chrysanthemum and the Sword) увидела свет в 1946 году; двумя годами позже Рут Бенедикт скончалась.

Религия, согласно Бенедикт, проистекает из человеческого восприятия «чудесной силы, своего рода электрического напряжения, которым, как представляется, заряжена вселенная» («Religion», General Anthropology, p. 630). Пытаясь управлять этой силой, человечество создает определенные практики и соответствующие им представления, что в сумме образует религию. Люди воспринимают эту «необычную силу» одновременно и как свойство окружающих предметов (мана), и как некую волю и направленность, аналогичных соответствующим человеческим качествам (анимизм). Каждое индивидуальное восприятие порождает различающиеся между собой представления и практики.

Отправной точкой интерпретации религии для Бенедикт является индивид, стремящийся обрести чувство уверенности и безопасности в знании того, что он (или она) может влиять на собственную судьбу. Эти психологические факторы формируют универсальные элементы религии: образы, обрядность, этические нормы, догмы. Все это помогает человеку справляться с известными и неизвестными обстоятельствами. полагая, что религия приносит людям чувство комфорта, Бенедикт отрицательно относится к «холодному», далекому христианскому Богу, абсолютизму дихотомии «добро против зла», свойственному западным религиям, а также не приемлет абстрактные теологии, разрабатываемые в стратифицированных, развитых обществах. Моделью религии для Бенедикт служит религия индейцев зуньи: боги похожи на людей, люди, танцуя, изображают богов, религия проста и чувственна.

С точки зрения Бенедикт, религии также отражают способность человека к воображению. Способность представлять другой мир за обыденным порядком вещей наполняет религию содержанием;  в религии символизируются высшие идеалы человека. Способность мечтать, вне зависимости от формы (приключенческой, молитвенной, поэтической), которую она обретает, представляет собой воображаемое пересоздание реальности, которое может обуславливать социальные изменения.

Бенедикт полагает, что желание человека контролировать происходящее вокруг него находит в выход в фантазиях, представляющих собой детально разработанные воображаемые трансформации культурно установленных смыслов и целей. Идеи Бенедикт о религии вторят ее теории мифа: подобно тому, как мифы преобразуют привычный порядок вещей в нечто необычное, религия придает человеческим мечтам сверхъестественные свойства. Порыв, направленный на изменение окружающего мира развивается в «желание заново воссоздать вселенную» (правда, Бенедикт не описывает, как этот психологический процесс должен происходить). Согласно такому определению, любая попытка управлять «энергиями вселенной» является религиозной.

Бенедикт полагает, что любая греза должна быть непременно связана с реальностью. Теряя связь с реальным, земным порядком вещей, мечта становится иллюзией и может оказаться источником массового заблуждения. Однако Бенедикт не предлагает процедур выявления такой связи, кроме собственной убежденности в том, что человеческие потребности и внешние обстоятельства позволяют религиям сохранять искомую связь. Религии не только отражают человеческую уязвимость и способность к творчеству, они являются также «техниками достижения успеха», своего рода способом выживания. Религия, не обладающая такими качествами должна быть, по мнению Бенедикт, отвергнута. Такая точка зрения иллюстрирует свойственный антропологии Бенедикт переход от психологического к культурному: индивидуальные потребности порождают социальные феномены.

Идеи Бенедикт о религии сформированы в соответствии с ее гуманистической и релятивистской антропологией. Гуманистическая направленность помогает ей обнаружить универсальную черту, присущую всем религиям: человеческая реакция на восприятие «чудесной силы» заключается в стремлении к контролю и постижению этой силы. При этом первый импульс проявляется в действиях (молитва, ритуал, богослужение), второй же порождает разные формы артикуляции (символы, мифы, теологии). Уверенность Бенедикт в том, что содержание религиозных феноменов должно быть тесно связано с повседневностью, иллюстрирует ее релятивистский подход. Разнообразие религий доказывает тесную связь между восприятием необычного и обыденностью; «сверхъестественное» (или спиритуальное) не обладает смыслом в отрыве от «естественного» (или «культурного», что для Бенедикт одно и то же).

Несмотря на то, что в работах Бенедикт не содержится законченной теории религии, ей удалось заглянуть глубоко внутрь человеческой религиозности. Свойственные людям покорность, способность к воображению, прагматичность и надежда являются истоками религии. Не рассматривая религию как специфическую форму поведения или сумму представлений, Бенедикт предлагает ее кросс-культурную трактовку. Идеи Бенедикт о религии вторят основному положению ее антропологической теории: общие дилеммы человеческого существования порождают многообразие их решений в различных культурах.

 

Библиография

В моей книге Ruth Benedict: Patterns of a Life (Philadelphia, 1983) содержится библиография, включающая все опубликованные работы Бенедикт, архивы, книги, значимые для понимания ее антропологии, а также вторичные источники, относящиеся к ее жизни и творчеству. Здесь же содержится аннотированный перечень наиболее важных трудов Бенедикт.

The Concept of the Guardian Spirit in North America.Menasha,Wis., 1923. Диссертация Бенедикт, посвященная сравнительному исследованию комплекса представлений о духах-оберегах среди племен североамериканских индейцев. Бенедикт анализирует представления о «видении», их связь с повседневной жизнью, а также значимость воображения. Кроме того, она подробно останавливается на том, как культурные черты и характеристики изменяются и подстраиваются при их заимствовании другой культорой.

Tales of the Cochiti Indians. Washington, D.C., 1931. Собрание мифов и сказаний индейцев пуэбло. В данной книге предвосхищается развиваемая в последующих работах теория Бенедикт о том, что миф и сказка – это две стороны одной медали. Здесь же содержится ранняя версия теории «компенсации», которую впоследствии Бенедикт подробнее излагает в Zuni Mythology.

Patterns of Culture.Boston, 1934. Самая известная работа Бенедикт, в которой описываются культуры индейцев зуньи, добу и квакиутль. Можно сказать, что эта книга взывает к изменениям в современной американской культуре. Определяя культуру как «концентрированную личность», Бенедикт доказывает, что культуры впитывают личностные качества, а личности, в свою очередь, «отливаются» по образцу той культуры, в которой они развиваются. Также Бенедикт считает, что выстраивание соответствия между культурой и личностью в разных обществах может сдерживаться в зависимости от степени свободы личностного самовыражения.

Zuni Mythology. 2 vols.New York, 1935. Во введении и заключении к этой работе излагается теория мифа. С точки зрения Бенедикт, миф – это, во-первых, «компенсация», некий способ возмещения человеческой ограниченности и несостоятельности в повседневной жизни. Во-вторых, миф – это также «мечта» о лучшем социальном устройстве, о «пересоздании вселенной». Первый тип мифов Бенедикт называет «сказками», мифы второго типа, имеющие религиозное содержание» называются собственно «мифами». В двухтомник также входит большое количество сказаний индейцев зуньи.

“Religion.” In General Anthropology, edited by Franz Boas.Boston, 1938. В данной главе книги Боаса, написанной Бенедикт, представлена ее теория религии. Содержание этой главы в целом неудовлетворительно. Бенедикт говорит больше об индивидуальной психологии и культурном разнообразии, чем о религиозных феноменах. Попытка выработать кросс-культурное определение религии несколько ослабляет объяснительный потенциал теории Бенедикт.

The Chrysanthemum and the Sword. Boston, 1946[1]. Данная книга, являющаяся результатом проводимых во время Второй Мировой войны исследований, представляет собой превосходный портрет японского общества в целом и некоторых японцев в частности. Всестороннее изучение понятий чести, долга, обязательства, а также модели воспитания детей, предпринятое Бенедикт, до сих пор считается классическим. Данное Бенедикт изображение уникальной японской «личности» не смогли превзойти даже те антропологи, которые, в отличие от нее, имели опыт полевой работы в Японии.

 

Новые источники

Babcock, Barbara A. “Not in the Absolute Singular.” In Women Writing Culture, edited by Ruth Behar and Deborah A. Gordon, pp. 104-130.Berkeley,Calif., 1995.

Caffrey, Margaret M. Ruth Benedict. Stranger in This Land.Austin,Tex., 1989

 

Джудит Моделл
Энциклопедия религии (1987)


[1] Переводы и издания этой работы на русском языке: Бенедикт Р. Хризантема и меч: Модели японской культуры / Пер. с англ. М. Н. Корнилова, Е. М. Лазаревой и В. Г. Николаева — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2004. — 256 с.; Бенедикт Р. Хризантема и меч. Модели японской культуры. — М.: Наука, 2007. — 360 с. Дополнительный интерес представляет обоснование Бенедикт метода дистанционного изучения культуры, представленное в этой работе. Используемый Бенедикт метод позволяет не только изучать культуру «на расстоянии», но и отчасти компенсирует незнание исследователем языка данной культуры (сама Рут Бенедикт японским языком не владела). (Прим. пер.)

Нажмите Enter
Follow Us
On Facebook
On Twitter
On GooglePlus
On Linkedin
On Pinterest
On Rss
On Instagram