Ad Clicks : Ad Views : Ad Clicks : Ad Views : Ad Clicks : Ad Views : Ad Clicks : Ad Views : Ad Clicks : Ad Views : Ad Clicks : Ad Views :

Марио Гандини. РАФАЭЛЬ ПЕТТАЦОНИ/ Пер. с англ. И.С. Анофриев

/
/

Рафаэль Петтацони (1883-1959) — итальянский историк религий, «один из тех редких историков религии, которые осознают значимость и масштабы своей специальности. Он сделал попытку распространить исследования на всю область науки о религии (allgemeine Religionswissenschaft) в целом» (Eliade, 1963, pp. 104-105)[1]. Петтацони первым предпринял и затем продвигал историко-религиоведческие исследования в Италии в первой половине XX века; он возглавлял Международную ассоциацию истории религий (International Association for the History of Religions) с 1950 года и до самой своей смерти.

Биография. Петтацони родился в Сан-Джованни-ин-Персичето (Болонья) 3 февраля 1883 года. Окончив среднюю школу, он стал посещать Болонский университет; в эти годы под влиянием позитивизма, а также культурного наследия Кардуччи он отказался от католического вероисповедания. Тем не менее, он сохранил любовь к религии и ощущал призвание к занятию историей религии. Эта отрасль знания не была представлена в итальянских университетах того времени, поэтому Петтацони осваивал ее самостоятельно, подчиняя ей свои филологические, археологические и этнологические исследования.

В Болонском университете он получил ценные наставления по изучению мифов и религий от Витторио Пунтони, специалиста по греческой филологии, также весьма сведущего в восточных языках и литературе. Петтацони обратился к проблемам мифологии и истории религий в своей магистерской диссертации по греческой литературе: “Le origini dei Kabiri nelle isole del Mar Tracio.” Получив магистерскую степень (июнь 1905), он стал посещать Итальянскую школу археологии в Риме (1905-1908). Здесь он получает общий сертификат об образовании по археологии, а затем работает инспектором в Музее доисторических времен и этнографии в Риме с августа 1909 года по октябрь 1914 года; за эти пять лет он завершает свою научную подготовку. В это время Петтацони дополняет свое классическое образование изучением первобытных цивилизаций; таким образом он проделывает путь от археологии к палеоэтнологии, затем к этнологии и, наконец, к истории религий.

Свои первые шаги в этой новой науке Петтацони предпринимает в неблагоприятной политической и культурной обстановке. В то время как в других европейских странах научное изучение религий уже процветало, в Италии после упразднения теологических кафедр в светских университетах (1873) попытки официально преподавать религиоведение предпринимались лишь случайно. В начале XX века ставшее уже традиционным безразличие к этому предмету было поколеблено католическим модернистским движением, громко возражающим против господства старых представлений. Однако, оно имело «свой особый врожденный недостаток: имея своим религиозным истоком католичество, модернизм неизбежно должен был интересоваться одними религиозными проблемами больше, чем другими — в этом была сама суть его главных устремлений; философия религии удостаивалась особого внимания со стороны модернистов; в истории религий они прежде всего видели историю христианства» (Pettazzoni, 1912, p. viii). Враждебность Католической церкви не только к вызванному модернизмом брожению, но и к непредвзятому изучению религиозных явлений , а также отсутствие понимания и даже противодействие со стороны такого выдающегося деятеля итальянской культуры как Бенедетто Кроче — все это приводило к отрицанию автономной ценности религии и тем самым к отрицанию изучающей ее самостоятельной историко-религиоведческой науки.

В 1912 году Петтацони издает книгу La religione primitiva in Sardegna о первобытной религии на Сардинии — это была первая монография в посвященной отдельным религиям серии. В этом же году он впервые в жизни посещает Четвертый Международный конгресс истории религий в Лейдене (Нидерланды). В следующем году он получает разрешение на преподавание истории религий в Римском университете. (До Петтацони такое разрешение получил в 1911 году только один ученый — Уберто Песталоцца. Он проходил соответствующую подготовку в Миланском университете, где были созданы условия для создания другого центра изучения религий — т. н. Scuola mediterranea.)

В 1913-1914 гг. Петтацони читает свободный курс в Римском университете. Затем он получает временное назначение в Болонский университет, где преподает до 1923 года с перерывом на прохождение военной службы во время Первой мировой войны. В конце 1923 года, выдержав конкурсный экзамен, Петтацони получает впервые учрежденную в Италии должность полного профессора истории религий в Риме, которую он сохранял на протяжении тридцати лет до 1953 года. В Риме с января 1937 по декабрь 1939 Петтацони преподает этнологию и способствует введению этой дисциплины в программу подготовки на филологических и философских факультетах. Этнология как историческая наука отделялась от антропологии и сливалась с историей религий. Для Петтацони этот союз имел фундаментальную необходимость, «поскольку между так называемыми историческими цивилизациями (и древними, и современными) и цивилизациями на этнографическом уровне нет ни пропасти, ни субстанциальной неоднородности: но есть последовательность и сцепление в динамическом процессе развития, длящемся от самых архаических до самых современных форм цивилизации — без разрывов в преемственности» (Lanternari, 1959, p. 286). Петтацони придал данной идее зримое воплощение , основав Институт первобытных цивилизаций при Римском университете в 1942 году.

С 1910 по 1924 гг. Петтацони также пытается разрешить проблемы, связанные с используемой в изучении религии методологией. Свою позицию по этому вопросу он изложил в предисловии к изданию 1912 года, позже в нескольких статьях и в своей вступительной лекции, прочитанной 17 января 1924 года. Петтацони отстаивает преимущества сравнительно-исторического метода, посредством которого религиозные феномены сравниваются между собой не сами по себе, но в процессе их исторического, динамического развития; «история охватывает религии низшие и высшие, мертвые и живые, первобытные и современные, включая и христианство, поскольку историю христианства как историю религиозную невозможно понять, не включив ее в целостную религиозную историю» (Pettazzoni, Svolgimento e carattere della storia delle religioni, 1924, p. 14).

В работах и методологических статьях этого периода очевидна предрасположенность Петтацони к историографии. Часто он возвращается к основаниям используемого им метода, созревавшего по мере продвижения его научной работы. Например, в прочитанной на Седьмом Международном конгрессе истории религий лекции Петтацони четко излагает свой сравнительный метод:

Сравнение не стоит проводить ни методом старой сравнительной мифологии (Макс Мюллер), в которой сравнивалось только то, что можно было сравнить с лингвистической точки зрения, ни методом антропологической школы (Э.Б. Тайлор), предполагающей сравнение всего, что кажется морфологически сходным, даже если обнаруженное сходство имеет внешний и поверхностный характер. Правильно мы сравниваем только то, что мы сравниваем исторически. С исторической точки зрения мы в принципе можем сравнивать культурно гомогенные факты, относящиеся к схожим историческим ситуациям. Религия аграрной цивилизации всегда и во всем будет отличаться от религии кочевой цивилизации. (Pettazzoni, “Le due fonti della religione greca,” 1951, pp. 123-124).

 

Самую последнюю статью “Il metodo comparativo”, вышедшую в журналe “Нумен” (Numen, 1959), Петтацони посвятил истории сравнительной методологии и своему собственному методу.

Приверженность идеям историзма не мешала Петтацони признавать определенные положительные стороны феноменологии религии. В 1920-х и 1930-ч гг., рцензируя работы Герардуса ван дер Леу, он подверг критике присущий типологической методологии абстрактный характер и стремление к созданию классификаций. Однако в успешности этого направления Петтацони усматривал необходимость преодоления кризиса атомизма и создания объединяющего синтеза, что также все больше признавалось и историками религий.

В 1950-х гг. Петтацони развивает личные контакты с Мирчей Элиаде (первый обмен письмами между ними состоялся в 1926 году). Элиаде высоко оценил отношение Петтацони к отстаиваемым феноменологией позициям.

В систематическом смысле преодоление односторонних позиций феноменологии и историзма означает их взаимную интеграцию, то есть усиление феноменологии религии заимствованной у историзма идеей развития и согласие истористской историографии с феноменологическим требованием автономной ценности религии, помещение феноменологии в границы истории и в то же время признание за религиозной историей характера полноценной исторической науки. (Pettazzoni, “Il metodo comparativo,” 1959, p. 14).

 

И все же до конца своих дней Петтацони оставался непримиримым противником антиисторических в своей основе течений и иррационалистических определений религии.

После 1945 года Петтацони начал открыто выражать свои политические и социальные взгляды. Например, он выступал в защиту культурной и религиозной свободы, толерантности и светских принципов. В 1950-х гг. его работа над продвижением историко-религиоведческих исследований приобретает мировой масштаб. В 1950 году основывается Международная ассоциация изучения истории религий (позднее — Международная ассоциации истории религий), и в этом же году, после смерти ван дер Леу, Петтацони становится ее президентом. Он способствует основанию журналов «Нумен» и «Исследования по истории религий» (Studies in the History of Religions, дополнение к «Нумену») в 1954 году. Также в этом году в течение его президентского срока под руководством К.Ю. Блеекера начинает издаваться «Международная библиография по истории религий» (International bibliography of the History of Religions). Петтацони организует проведение Восьмого Международного конгресса истории религий в Риме в апреле 1955 года. Летом 1958 года он посещает конгресс в Токио, впервые проводимый за пределами Европы.

Последние труды Петтацони ухудшили состояние его уже слабого здоровья; он умирает в Риме 8 декабря 1959 года. В последние месяцы его жизни ученые, вышедшие из его школы или же просто имевшие к ней отношение, возглавили кафедры истории религий в Риме (Анджело Брелих), в Кальяри (Эрнесто де Мартино) и в Мессине (Уго Бьянки), несколькими годами позже другой его ученик, Витторио Лантернари, занял кафедру этнологии; Петтацони упорно боролся, чтобы именно эта дисциплина была нашла свое место на университетских факультетах. Множество ученых в начале XXI века обязаны Петтацони своей подготовкой, даже если они занимают другие индивидуальные позиции и используют иные научные подходы.

            Научная работа. После выхода книги о первобытной религии на Сардинии (1912), Петтацони на протяжении 1920-х гг издает другие работы, посвященные отдельно взятым религиям в их историческо-культурном контексте. Его книга о религии Заратустры в религиозной истории Ирана (1920) стала первой в основанной и курируемой им серии, получившей название Storia delle religioni. Это книжное собрание, насчитывающее сорок томов и включающее три написанные лично Петтацони книги и работы других авторов, издавалось между 1920 и 1940 годами. В этот период Петтацони также пишет монографию о древнегреческой религии — La religione nella Grecia antica fino ad Alessandro (1921), очерк о мистериях — I Misteri (1924) и небольшую книгу о японской мифологии — La mitologia giapponese secondo il I libro del Kojiki (1929), ставшей первой во второй основанной и редактируемой Петтацони книжной серии — Testi e documenti per la storia delle religione. Вошедшие в нее семь книг издавались с 1929 по 1937 гг. В этих монографиях Петтацони основывает свое исследование на принципах, озвученных им на вступительной лекции в 1924 году: каждое отдельно взятое религиозное событие формируется, а значит и оканчивается прежде всего под влиянием предшествующего процесса развития (при этом указывая на него) и в то же время служит отправной точкой для следующего события. Несколькими годами позже он писал: «История не знает откровений; она имеет дело только с формированием. Для истории каждый феномен — это геномен» (Pettazzoni, “Les deux sources de la religion grecque,” 1951, p. 2).

Не ограничиваясь работой над двумя книжными сериями, Петтацони основывает Школу историко-религиоведческих исследований (School of Historical-Religious Studies) и журнал Studi e Materiali di Storia delle Religioni, который издавался с 1925 года и до последнего двойного выпуска в 1953-1954 гг. Программа журнала печаталась на второй странице каждого номера: «Журнал «Исследования и материалы по истории религий» преследует научные и культурные цели в рамках своего особого исследовательского поля. Он вносит вклад в историческую науку, поскольку в его статьях религия рассматривается в развитии как предмет исторического исследования. Журнал открывает новые культурные горизонты, способствуя увеличению осведомленности итальянских ученых о более отдаленных во времени и менее известных феноменах и событиях».

Петтацони заимствует достижения итальянских и иностранных историков, специализировавшихся на изучении цивилизаций и так или иначе затрагивавших относящиеся к ним религии. «Таким образом, с самого начала журнал приобрел вдвойне смешанный облик, как и несколько появившихся впоследствии периодических изданий по истории религий в других частях мира: с одной стороны, принимались статьи от компаративистов («историков религий»), историков отдельно взятых религий, историков, изучающих отдельно взятые цивилизации в целом; с другой — авторы принятых статей принадлежали к самым разным, если не (чаще всего) взаимоисключающим методологическим течениям»; все это делалось для того, чтобы «сделать темы и проблемы его (Петтацони) науки как можно более известными, коль скоро для него она имела величайшее значение; он хотел пробудить интерес к ней, как-то добиться ее признания в Италии, причем не только на официальном уровне» (Brelich, 1969, pp. 6-7).

Еще в 1910 году Петтацони запланировал исследование Dio: Formazione e sviluppo del monoteismo nella storia delle religioni в трех частях: в первой части должны были рассматриваться существа, помещаемые первобытными верованиями на небе, во второй — высшие божества политеистических религий, в третьей — боги монотеистических религий. Петтацони завершил только первую часть, которая не издавалась до 1922 года из-за событий Первой мировой войны.

Проблема высших существ и происхождения идеи Бога особенно интенсивно обсуждалась в первой половине XX века. Согласно выдвинутому Эндрю Лангом положению, первой формой религиозности был рудиментарный монотеизм, основанный на вере в высшее существо, воспринимаемое как «Всеотец» и творец; этой тезис был вновь заявлен этнологом Вильгельмом Шмидтом, который в первом томе своей монументальной работы Der Ursprung der Gottesidee (1912) “подчеркнул высочайшее значение верования в высшее существо, а также его предельную простоту и первичность по сравнению с другими верованиями, тем самым выделив его уникальность” (Pettazzoni, 1922, p. 51). На основе этого обширного труда, в котором пересматривались этнографические данные о религиозных верованиях первобытных народов, Петтацони стал утверждать, что предполагаемый Urmonotheismus (прамонотеизм) можно свести «к более скромному набору верований в небесных существ, которые воспринимались как персонификации неба, поскольку это соответствует мифологическому мышлению, довлеющему над всеми формами первобытной религиозности» (Pettazzoni, 1922, p. xvi).

Полемика между Петтацони и Шмидтом продолжилась и в начале 1950-х гг. Петтацони полагал, что веру в ураническое существо можно «усмотреть в религиях большинства древних народов в качестве идеи настоящего Бога или точнее — высшего Бога, что соответствует как правило политеистическому характеру древних религий». Кроме того, он утверждал, «что величайшее значение универсальной веры в небесное существо проявилось позже, в историческом развитии истинного монотеизма» (Pettazzoni, 1922, p. xvi). В работах начала 1920-х гг. Петтацони дает историческую характеристику монотеизма как революции против политеизма: «Логически монотеизм отрицает политеизм, исторически же монотеизм предполагает политеизм, из которого он выводится как его отрицание, то есть как направленная против него революция» (Pettazzoni, 1923, p. 200).

Предпринятое Петтацони исследование взятой в ее историческом развитии идеи Бога развивается в несколько ином направлении, по сравнению с его же теорией, изложенной в работе 1922 года. Его внимание все больше смещается в сторону рассмотрения атрибутов Высшего существа, особенно всевидения и всеведения. Статья «Allwissende hӧchste Wesen bei primitivsten Vӧlkern», опубликованная в журнале Archiv für Religionswissenschaft (1931) было посвящено всезнающему Высшему существу в представлении первобытных народов. Позднее эта работа разрослась в исследование идеи божественного всеведения в разных религиях, поглотившее почти все время Петтацони в 1930-х и 1940-х годах и после систематической обработки увенчавшееся изданием на итальянском языке в 1955 г. и на английском — в 1956 г. Петаццони скорректировал свой тезис о тождественности и однозначности (уранической) природы высших существ, теперь рассматривая их образы с точки зрения обусловленности культурной средой, в которой формировался каждый из них; следовательно, возникала необходимость типологизировать каждый такой образ в отдельности:

Первобытное представление о Высшем Существе не является абстрактной идеей a priori ее возникновение в мышлении человека связано с в первую очередь с условиями его существования; поскольку эти условия варьируются на разных этапах и в разных формах первобытной культуры, постольку и образ Высшего Существа изменяется в соответствии с каждым этапом. Если в земледельческих культурах Высшим Существом является Мать Земля (поскольку пища произрастает из земли), если в скотоводческих обществах оно предстает как Отец Небо (ведь именно небо посылает дождь, дающий жизнь траве, необходимой для скота и, тем самым, для человека), то в охотничьих культурах Высшее Существо — это Владыка диких зверей, от которого зависит результат охоты — жизненно необходимая человеку добыча. (Pettazzoni, 1956, p. 445)

 

Проект другого исследования феноменологического характера относится к 1914 году; Петтацони реализует его в 1925-1935 гг., впервые предприняв систематическое изучение исповедальных практик в не-христианских религиях (хотя христианство не исключалось из плана исследования). Плодами десятилетней работы по этой теме стали несколько статей и книг. В нескольких страницах статьи «La confessione dei peccati: Metodo e risultati», опубликованной в журнале Scientia (1937), Петтацони излагает метод своего исследования и полученные результаты. В законченном виде или же в форме временной гипотезы их можно сжато изложить следующим образом:

Признание грехов представлялось ему (Петтацони) очищающим обрядом, сущностно схожим с очистительными практиками, которые обычно сопровождают исповедь. Очищение от греха состоит в проговаривании его вслух, что на начальном этапе рассматривается как магическая операция (магия слова). Петтацони также не усматривал разрыва в преемственности между магической операцией и исповедальными обрядами высших религий, поскольку и те и другие обладают элементарной искупительной функцией: в первую очередь — освобождение от миазмов греха, а затем от самого состояния раскаяния в грехе (то есть от положения грешника по отношению к божеству или Богу) (Sabbatucci, 1963, p. 22).

 

Исследование по исповеданию грехов, как почти все работы Петтацони, заслужило хвалебные отзывы нескольких ученых. Адольфо Омодео высоко оценил обширность и ясность изложения собранных сведений, однако, он же отрицал какую-либо ценность их интерпретации, повторяя ранее высказанные ранее критические замечания по поводу занимаемой «наукой о религии» позиции, поскольку «она способна создать лишь обобщающий синтез социологического плана, вместо исторического синтеза, прослеживающего организованный процесс развития» (Omodeo, 1937б p. 368). Петтацони ответил на критику своего коллеги несколькими годами позже, подтвердив свою преданность историзму и обосновав надежность историко-религиоведческих исследований именно как исторических исследований (Pettazzoni, 1946, pp. xvi-xvii).

“Петтацони — ученый величайшего трудолюбия”, — писал Элиаде (Eliade, 1938, p. 226). После огромного исследования по исповеданию грехов, Петтацони предпринял еще один важный труд, запланированный еще в 1931 году: многотомную антологию мифов и легенд бесписьменных народов. Он хотел помочь зазвучать голосу первобытной части человечества. Работу над этим проектом Петтацони начал с первой половины 1940-ч годов и продолжил ее в последующие годы в сотрудничестве с Туллио Тентори (vol. 4, 1959) и Витторио Лантернари, который и завершил этот труд, отредактировав и закончив второй том (1963).

Работая над антологией мифов, Петтацони убедился в необходимости вернуться к интересовавшему его еще в молодости предмету: к интерпретации мифа и к отношениям между мифом и религией. В предисловии к первому тому Miti e leggende (1948) и в последующих статьях он выразил собственное представление об «истине мифа»:

Таким образом очевидно, что миф не является чистой выдумкой; он не басня, но история, «правдивое», но никак не «ложное» повествование. Миф — правдивое повествование, потому что таково его содержание, включающее в себя реально произошедшие события. К ним относятся такие волнующие действа, как начало всех вещей, происхождение мира и людей, их жизни и смерти, животных и растительных видов, охоты и обработки земли, почитания богов, обрядов инициаций, союзов знахарей и их способности исцелять. Все эти события удалены во времени, и именно в них наша настоящая жизнь находит свое начало и основание, именно из них происходит настоящая структура общества, продолжающая зависеть от них же. Божественные или другие сверхчеловеческие персонажи, играющие свои роли в мифах, их выдающиеся деяния и удивительные приключения, весь мир чудесного — все это является трансцендентной реальностью, которая не подлежит отрицанию, поскольку она представляют собой антецедент, условие sine qua non настоящей реальности. Миф — это реальная история, потому что он — священная история, не только по своему содержанию, но и потому, что он приводит в движение сакральные силы. Рецитация мифов о происхождении встроена в культ, ведь она сама по себе является культом, она способствует целям, ради которых отправляется культ, а именно сохранению и прибавлению жизни (Pettazzoni, 1954, p. 15).

Методологическая мысль Петтацони обретает свою окончательную форму в работах 1950-х годов. Например, по сравнению с книгой о небесных божествах, в статьях о божественном всезнании он «связывает собственную интерпретацию разных культурных состояний, взятых в их гетерогенных контекстах, с когерентно подобранными различными смыслами». А в предисловии к новому изданию книги о древнегреческой религии можно заметить, что «впервые основанное на принципах историзма исследование в ясно выраженном виде соединяет религиозную историю с историей социально-экономической» (Lanternari, 1997, p. 16).

 

Библиография

Обширное и значимое собрание библиографической и документальной литературы о жизни Петтацони и его научной работе см. Mario Gandini, “Il Fondo Pettazzoni della Biblioteca comunale ‘G. C. Croce’ di San Giovanni in Persiceto (Bologna),” Archaeus 7 (2003). Основные публикации Петтацони: “Le origini dei Kabiri nelle isole del Mar Tracio,” Memorie della R. Accademia nazionale dei Lincei: Classe di scienze morali, vol. 12 (Rome, 1909), pp. 635-740; La religione primitiva in Sardegna (Piacenza, Italy, 1912); La religione di Zarathustra nella storia religiosa dell’Iran (Bologna, Italy, 1921; нов.изд. Turin, Italy, 1953; французский перевод Paris, 1953); Dio: Formazione e sviluppo del monoteismo nella storia delle religioni, vol. 1, L’essere celeste nelle credenze dei popoli primitivi (Rome, 1922); “La formation du monothéisme,” Revue de l’Histoire des Religions 44, no. 88 (1923): 193-229; I Misteri: Saggio di una teoria storico-religiosa (Bologna, Italy, 1924); Svolgimento e carattere della storia delle religione (Bari, Italy, 1924); La mitologia giapponese secondo il I libro del Kojiki (Bologna, Italy, 1929); La confessione dei peccati, 3 vols. (Bologna, Italy, 1929, 1935, 1936; французское издание 1 тома Paris, 1931-1932); «Allwissende hӧchste Wesen bei primitivsten Vӧlkern,» Archiv für Religionswissenschaft 29 (1931): 108-129, 209-243; «La confessione dei peccati: Metodo e risultati,» Scientia 31, no. 61 (1937): 226-232; Saggi di storia delle religioni e di mitilogia (Rome, 1946); Miti e leggende, vol. 1, Africa, Australia (Turin, Italy, 1948), vol. 2, with Vittorio Lanternari, Oceania (Turin, Italy, 1963), vol. 3, America settentrionale (Turin, Italy, 1953), vol. 4, with Tullio Tentori, America centrale e miridionale (Turin, Italy, 1959); “Le due fonti della religione greca,” in Proceedings of the Seventh Congress on the History of Religions, Amsterdam, 4th-9th September 1950 (Amsterdam, 1951), pp. 123-124; “Les deux sources de la religion grecque,” Mnemosyne 4, no. 4 (1951): 1-8; Italia religiosa (Bari, Italy, 1952); Essays on the History of Religions, translated by H. J. Rose (Leiden, 1954); L’onniscienza di Dio (Turin, Italy, 1955; английские переводы London, 1956, New York, 1978; польский перевод Warsaw, 1967); L’essere supremo nelle religioni primitive (L’onniscienza di Dio) (Turin, Italy, 1957; немецкий перевод Frankfurt am Main and Hamburg, 1960); Letture religiose (Florence, Italy, 1959); “Il metodo comparativo,” Numen 6 (1959): 1-14; Religione e società, edited by Mario Gandini (Bologna, Italy, 1966) представляет сабой переиздание самых значимых статей, написанных в 1948-1959 гг.

Библиографию работ Петтацони и список книг и статей о нем и о историко-религиоведческих исследованиях в Италии до 1969 см. Mario Gandini, “Nota bibliografica degli scritti di Raffaele Pettazzoni,” Studi e Materiali di Storia delle Religioni 31 (1960): 3-21 и “Il contributo di Raffaele Pettazzoni agli studi storico-religiosi,” Strada maestra 2 (1969): 1-48. Другие библиографические дополнения см. в Gandini, “Presenza di Pettazzoni,” Strada maestra 3 (1970): 1-69. Эти библиографические списки переизданы в Jacques Waardenburg, Classical Approaches to the Study of Religion, vol. 2, Bibliography (The Hague and Paris, 1973), pp. 209-215.

Детальные и подкрепленные документальным материалом статьи о жизни Петтацони, о его опубликованных и неопубликованных работах, научной и преподавательской деятельности, критической оценке его работ, его отношениях с итальянскими и иностранными учеными до 1940 года см. в подборке из восемнадцати частей (свыше 1800 страниц) Mario Gandini, “Raffaele Pettazzoni. Materiali per una biografia,” Strada maestra 27 (1989) – 55 (2003). О научной работе и размышлениях Петтацони см. статьи его учеников: Vittorio Lanternari, Revisita di Antropologia 46 (1959): 283-286; Angelo Brelich, Studi e Materiali di Sroria delle Religioni 31 (1960): 23-28, 191-202; Dario Sabbatucci, Numen 10 (1963): 1-41; и книгу Ugo Bianchi, The History of Religions (Leiden, 1975) и его же статью “Between Positivism and Historicism: The Position of R. Pettazzoni,” in Religionswissenschaft und Kulturkritik, edited by Hans G. Kippenberg and Brigitte Luchesi (Marburg, Germany, 1991), pp. 259-263.

            См. также Delio Cantimori, Nuova rivista storica 44 (1960): 179-187; Alphonse Dupront, La Table Ronde 154 (1960): 129-133; Charles Picard, Revue de l’Histoire des Religions 79, no. 157 (1960); Ugo Bianchi, Claas Jouco Bleeker, and Alessandro Bausani, eds. Problems and Methods of the History of Religions (Leiden, 1972), особенно статью Geo Widengren, “La méthode comparative: Entre philologie et phénomenologie,” pp. 5-14, в которой шведский ученый делает несколько замечаний по поводу сравнительно-исторического метода Петтацони; Eric J. Sharpe, Comparative religion: A History (London, 1975), pp. 184-185; Ugo Casalegno, Dio, Esseri Supremi, Monoteismo nell’itineratio scientifico di Raffaele Pettazzoni (Turin, Italy, 1979); Olof Pettersson and Hans Åkeberg, Interpreting Religious Phenomena: Studies with Reference to the Phenomenology of Religion (Stockholm, 1981), pp. 46-49; Studi e Materiali di Storia delle Religioni 49 (1983): 1; Nicola Gasbarro and Paola Pisi, Studi e Materiali di Storia delle Religioni 56 (1990): 1; Frank Whaling, “Comparative Approaches” in Contemporary Approaches to the Study of Religion, vol. 1, edited by Frank Whaling (Berlin and New York, 1983-1984), pp. 262-264; Sonia Giusti, Storia e mitologia (Rome, 1988); Mircea Eliade and Raffaele Pettazzoni, L’Histoire des Religions a-t-elle un sens? Correspondanse 1926-1959, edited by Natale Spineto (Paris, 1994); Walter H. Capps, Religious Studies: The Making of a Discipline (Minneapolis, 1995), pp. 89-93; Natale Spineto “Raffaele Pettazzoni e la verità del mito,” Rivista di storia della storiografia moderna 17 (1996): 59-65 и ее же “Raffaele Pettazzoni e la comparazione, fra storicismo e fenomenologia,” Storiografia 6 (2002): 27-48; Riccardo Nanini , “Raffaele Pettazzoni e la fenomenologia della religione,” Studia Patavina 50 (2003): 377-413; Mircea Eliade, Zalmoxis 1 (1938): 226 и его же “The History of Religions in Retrospect 1912-1962,” Journal of Bible and Religion 31, no. 2 (1963): 98-109, 104-105; Angelo Brelich, “Premessa,” Studi e Materiali di Storia delle Religioni 40 (1969): 3-26; Angelo Brelich, ed., “Gli ultimi appunti di Raffaele Pettazzoni,” Studi e Materiali di Storia delle Religioni 31 (1960): 23-55, и Adolfo Omodeo, La Critica 35 (1937): 367-371.

Описание религиозной антропологии в Италии см. в Vittorio Lanternari, “La parole des exclus de l’histoire: Débuts de l’anthropologie religieuse en Italie,” Ethnologie française (1994): 497-513 и его же Antropologia religiosa: Etnologia, storia, folklore (Bari, Italy, 1997), pp. 7-71. См. также Gianfranco Bertagni, Lo studio comparato delle religioni: Mircea Eliade e la Scuola italiana (Bologna, Italy, 2002); и Giuseppe Mihelcic, Una religione di libertà: Raffaele Pettazzoni e la scuola romana di storia delle religioni (Rome, 2003). Обзор современных исследований см. в Natale Spineto, “Storici delle religioni italiani del ‘900: Notizie e osservazioni sugli studi recenti (1995-2000),” Storiografia 3, special issue (1999): 63-82.

 

Mario Gandini. Pettazzoni, Raffaele. Encyclopedia of Religion, Vol. 10, pp. 7072-7077 (2005)

 

Русскоязычная литература:

Источники: Высшее существо: феноменологическая структура и историческое развитие // Религиоведение. 2002. №1, с. 149–155; Сравнительный метод // Религиоведческие исследования. 2014. №1-2 (9-10), с. 24–40.

Исследования: Масенцио М. Итальянская школа «истории религий» // Религиоведческие исследования. – 2010. – №1-2 (3-4). – С. 14-28.

Подгот. Павел Костылев, 2015

[1]   Первод цитаты по изданию: М. Элиаде. Ностальгия по истокам. М.: Институт общегуманитарных исследований, 2006, с.50. — прим. перев.