Ковальская К.В. Русская православная церковь и гендер: дифференциализм или равенство полов?

Ковальская К.В. Русская православная церковь и гендер: дифференциализм или равенство полов?

Аннотация. В статье рассматривается позиция Русской Православной Церкви по отношению к проблеме гендера и, в частности, православная интерпретация прав женщин. С одной стороны, Русская православная церковь стремится соответствовать современным нормам и вынуждена вести диалог с институтом прав человека, признавая равенство в правах мужчин и женщин. Одновременно православие представляет оппозицию институту прав человека, отстаивая «традиционные ценности» и различия «естества» мужчин и женщин при помощи теологической аргументации. Эта позиция нашла отражение и в современно российской политике.

Ковальская К. Русская православная церковь и гендер: дифференциализм или равенство полов? // Социология религии в обществе Позднего Модерна : материалы Четвертой Международной научной конференции. НИУ «БелГУ», 12 сентября 2014 г. / отв. ред. С.Д. Лебедев. – Белгород : ИД «Белгород», 2014. – с.51-57.

Контекст и проблематика

Гендерные вопросы стали все чаще подниматься Русской православной церковью в текстах Московского Патриархата и высказываниях православных лидеров. Если в начале и середине 1990-х годов основными темами, интересующими представителей РПЦ, были свобода совести и религиозное возрождение, то с конца 1990-х годов Московский Патриархат все чаще делает акцент на «духовные» и «традиционные ценности», важной составляющей которых являются «семейные ценности». Именно через призму семьи РПЦ рассматривает многие гендерные вопросы, такие как права женщин, практики искусственного оплодотворения и суррогатного материнства, однополые отношения.

Рост внимания к теме гендера со стороны православия стал ответом на процессы, происходящие в постсоветской России. В 1990-е годы общий курс на «модернизацию» и «демократизацию» страны сопровождался ориентацией на опыт стран Западной Европы и США и, соответственно, на такие его особенности, как расширение прав меньшинств, изменение роли женщин и мужчин в обществе, изменение подходов к рождению детей. Поскольку подобные изменения в обществе противоречат позиции РПЦ, тексты Московского Патриархата отражают оппозицию этим тенденциям с консервативной стороны. Подобное сопротивление стало возможным, в том числе, благодаря общему фону «религиозного возрождения» и постепенной стабилизации позиций Московского Патриархата РПЦ к концу 1990-х годов. Но дискурс РПЦ и других религиозных организаций в этот период отличает акцент на права человека, что становится понятным, если учитывать положение религии в советский период. Ближе к началу 2000-х годов и по настоящее время вектор государственной политики стал постепенно меняться в сторону умеренного консерватизма, и позиция РПЦ стала во многом соответствовать официальному курсу светской администрации. В особенности это относится к сфере семейной политики.

Учитывая все вышесказанное, особый интерес вызывает то, какую стратегию в сфере гендерных отношений выбирает Русская православная церковь в условиях светскости государства. Второй интересующий нас вопрос касается того, какую роль играет тема гендера во взаимоотношениях религиозного и политического в современной России.

«Истинная природа», или гендерный дифференциализм Русской Православной Церкви

Затрагивая тему взаимоотношения полов, Московский Патриархат позиционирует себя с позиций дифференциализма и в этом смысле противопоставляет себя гендерной теории, согласно которой гендер является социальным конструктом, отличным от биологического пола. В отличие от Католической церкви, Русская православная церковь не использует терминов из гендерной теории. Разница между мужчиной и женщиной обозначается как «комплементарность». Это означает, что мужчина и женщина дополняют друг друга и выполняют разные функции. В частности, во время встречи кандидата в Президенты Владимира Путина с представителями «традиционных» религий в феврале 2012 года Патриарх Кирилл дает определение функции женщины, которое сводится к семейным обязанностям: «женщина — это хранительница домашнего очага, это определенный центр в жизни семьи». Основным отличительным признаком женщины, согласно высказыванию Патриарха Кирилла, является материнство, которое связывается с Отечеством: «…если разрушается эта чрезвычайно важная функция женщины, то вслед за этим разрушается все — и семья, и в широком смысле — родина». Разница между мужчиной и женщиной формулируется в виде вектора их внимания: «Мужчина своим взором обращен вовне, он должен работать, зарабатывать деньги, а женщина всегда обращена вовнутрь, там, где ее дети, ее дом» [9].

Для обоснования своего отношения к взаимоотношениям полов православные тексты и комментарии священников на интернет-форумах традиционно используют теологическую аргументацию, а именно известные строки из Послания Св. Апостола Павла к Ефесянам «Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви» (Еф. 5: 22, 23). Брачный союз, таким образом, уподобляется отношениям акторов внутри христианского учения. Поскольку подобные цитаты нередко воспринимаются в современном контексте как слишком консервативные, авторы православных текстов часто цитируют ту часть из Послания, где говорится о любви мужчины к женщине: «Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее… должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя» (Еф. 5: 25, 28). Кроме того, акцент делается на особую роль женщины в православии на теологическом уровне, поскольку всякая женщина ассоциируется с Девой Марией. По православному учению, благодатная Мария, благословенная между женами (Лк. 1: 28), явила Собою ту высшую степень нравственной чистоты, духовного совершенства и святости, до которой смогло подняться человечество и которая превосходит достоинство ангельских чинов. В Ее лице освящается материнство и утверждается важность женского начала. При участии Матери Божией совершается тайна Воплощения; тем самым Она становится причастной к делу спасения и возрождения человечества» [6].

По мнению православной активистки Елены Жосул, «христианская антропология отводит женщине гораздо более высокое место, чем современные безрелигиозные представления», поскольку в рамках «христианской антропологии» не делается акцента «на системе распределения общественных функций». Характерно, что Елена Жосул использует термин «антропология», что является ссылкой на академическую традицию. При этом нужно отметить, что автор не стремится придать своему тексту наукообразность и большинство аргументов являются теологическими.

Важность роли женщины проявляется также на символическом уровне в образе Отечества: «Недаром мы говорим Родина-мать. Это ведь совершенно не случайно, потому что женщина — хранительница дома» [9]. Отметим, что слово «отечество» происходит от корня «отец», а не «мать». Наконец, Патриарх Кирилл неоднократно подчеркивал роль, которую сыграли женщины в сохранении православия в советский период и таким образом идея об особенной роли женщин переходит на уровень истории конкретного государства [7].

Представление о приоритете материнства и «особой роли» женщины связаны с идеей об «истинной природе» женщины, созданной «по Божьему замыслу». Отклонение от этой «природы» является отказом следовать этому замыслу, спровоцированным желаниями эгоцентрического «я». Именно поэтому тяжкими грехами являются суррогатное материнство, сознательный отказ иметь детей и особенно аборт, который приравнивается к убийству, так как эмбрион в рамках православия эквивалентен живому существу. Стоит отметить, что аборт без согласия мужа является основанием для церковного развода, а муж, давший свое согласие на аборт, совершает столь же тяжкий грех, что и жена [6].

В целом, православный взгляд подразумевает разделение человеческой природы на женскую и мужскую и, соответственно, необходимость придерживаться определенной схемы присутствия каждого пола в общества: «Церковь … усматривает назначение женщины не в простом подражании мужчине и не в соревновании с ним, а в развитии всех дарованных ей от Господа способностей, в том числе присущих только ее естеству» [6]. Однако существование определенной «женской природы» не противопоставляется, согласно видению РПЦ, равенству женщин и мужчин в правах.

Равенство полов и православный диалог с правами человека

Несмотря на то, что многие положения концепции прав человека оспариваются РПЦ, тексты и высказывания, исходящие из Московского Патриархата, неизбежно ведут диалог с правами человека, поскольку в современном контексте игнорировать эту систему идей невозможно. Это происходит также из необходимости демонстрировать в определенной мере свое соответствие современным нормам. С одной стороны, Социальная концепция РПЦ подчеркивает важность защиты прав матерей и призывает к определенным мерам, таким как введение зарплат и пенсий для многодетных матерей. При этом права женщины не рассматриваются отдельно от прав ее детей, и женщина становится объектом защиты только после рождения ребенка. Права женщины, связанные с нарушением основного предназначения женщины (право на аборт, суррогатное материнство, однополые отношения), не признаются.

Православие предлагает также свои аргументы в пользу равенства мужчин и женщин, настаивая на том, мужчины и женщины «в равной степени носителями образа Божия и человеческого достоинства» и, как и все христиане, равны в «страхе божием» и в «доступе к спасению». Но «фундаментальное равенство достоинства полов не упраздняет их естественного различия и не означает тождества их призваний как в семье, так и в обществе». В Социальной концепции также говорится о равенстве в правах мужчин и женщин на рождение детей, что является одним из аргументов отрицательного отношения к абортам [6].

Тем не менее, защита прав женщин в рамках феминистического движения воспринимается отрицательно: «Считаю очень опасным явление, которое называется феминизмом. Потому что феминистические организации провозглашают псевдосвободу женщин, которая в первую очередь должна проявляться вне брака и вне семьи. В центре феминистской идеологии — не семья, не воспитание детей, а иная функция женщин, которая нередко противопоставляется семейным ценностям. Наверное, не случайно большинство лидеров феминизма — это незамужние женщины» [8]. Таким образом, даже движение за права женщин рассматривается относительно к материнству. Кроме того, Патриарх считает «большим заблуждением» то, что «все тонкости человеческих взаимоотношений — любовь, верность, забота, ответственность — идеологи феминизма сводят к отношениям социальных, политических, денежных и распределению власти и влияния». Это значит, что сфера «деятельности» женщин — это область эмоций, а не политика.

Для анализа позиции Православной церкви по отношению к феминизму интересно рассмотреть мнение заведующей кафедры журналистики и PR Российского православного университета Елены Жосул, которая представляет православную оппозицию феминизму: «Права и особый ранг обычно отстаиваются теми, кто чувствует себя ущемленным в своем достоинстве. Танец феминисток перед алтарем одного из самых важных православных храмов Москвы выявляет глубокую внутреннюю неудовлетворенность его участниц окружающим миром и неспособность найти в нем собственное место. Однако в Русской православной церкви у женщин нет никаких причин беспокоиться о своей предполагаемой неполноценности. А если такое случается, то это говорит о неспособности женщины ценить то, что ей было даровано, в том числе и церковью» [1]. Елена Жосул пишет о том, что «гармония мира основана на разнообразии и порядке». Мир является законченным и не подлежит изменению, а человек должен находить свое «место» в этом мире и «ценить то, что было даровано». Поскольку «истинная мудрость женщины состоит в том, чтобы принять те дары, которые она получила от Бога именно как женщина», отстаивают свои права те, кто чувствует себя «ущемленными». Именно поэтому «современные православные женщины не нуждаются в особом ранге, дополнительных правах и власти в церкви». Елена Жосул признает, что доступ к священничеству закрыт для православных женщин, но поскольку этому есть теологическое обоснование, для православных женщин «немыслимо» отстаивать это право [1].

Таким образом, принцип равенства в правах мужчин и женщин принимается российским православием в рамках представлений об «истинной природе» мужчин и, в особенности, женщин. Этот подход с определенного момента используется также некоторыми российскими политиками, вдохновленными православными ценностями в своей деятельности.

Православные ценности и гендерная политика

Основное противоречие феминизма православной парадигме заключается в том, что он, по мнению Патриарха, является результатом эгоизма, отказа от смирения и противоречит «традиционным семейным ценностям», которые являются одним из новых брендов, разрабатываемых российской администрацией. Неслучайно Форум православных женщин отмечает в ряду своих целей «восстановление и развитие культурообразующих традиционных ценностей общества» и «воспитание уважения в обществе к традиционной роли женщины в повседневной жизни» [10].

Эта позиция отразилась и на некоторых официальных документах, в частности на Концепции государственной семейной политики, изданной рабочей группой под руководством депутата от партии «Справедливая Россия» Елены Мизулиной. Концепция сравнивает семью с «малой церковью», а «русское православие» называется религией, которая «усиливает духовное содержание рода и семьи». В Концепции используются и другие отсылки к религии, как, например, в главе, посвященной критике абортов, которые нарушают принцип «святости брака и святости материнства». Традиционные ценности определяются в концепции как «ценности брака… заключаемого супругами с целью продолжения рода, рождения и совместного воспитания трех и более детей». При этом брак может быть зарегистрирован государственными органами или совершен «в соответствии с религиозными традициями». Издание Кодекса законов о браке, семье и опеке 1926 года, узаконившего «гражданский брак» и нарушившего «связь между браком, религией и церковью» представляется как «удар по институтам брака и семьи» [4].

Заключение: Православный взгляд на гендер и российский традиционализм

Являясь важной темой внутри дискурса Православной церкви, гендерная проблематика играет важную роль в развороте светской идеологии в сторону традиционализма и тем самым выступает неким связующим звеном между Православной Церковью и политическим курсом страны. Несмотря на апелляцию к равенству полов в правах, Русская Православная Церковь делает упор на разницу между полами и соответствующее разделение сфер деятельности, а также критику определенных прав, касающихся контроля над развитием плода. Подобная интерпретация гендерной тематики вписывается в общую стратегию РПЦ, делающую упор на сохранение и возрождение «традиционных ценностей», которые отличают «российскую цивилизацию» от «западной» [5]. Одним из продуктов «западной» цивилизации является, в частности, институт прав человека, который противопоставляется «традиционным цивилизационным ценностям» «Русского мира… способного противостоять разрушительным глобалистским тенденциям», осуществляемым «на условиях доминанты западной политико-экономической модели» [2].

Российская администрация использует понятие «традиционные ценности», важной составляющей которого являются «ценности брака», в движении к консервативному подходу в политике. Частотность слов «традиция» и «традиционный» в официальном дискурсе заметно возросла в течение 2000-х годов, и в большинстве случаев их употребление связано с религиозной сферой («традиционные религии», «исторические традиции», «религиозные традиции», «традиционный ислам») [3]. Несмотря на то, что Российская Федерация остается светским государством, где де-юре религия отделена от государства, призыв Президента Владимира Путина «уйти от вульгарного понимания светскости» [9], по-видимому, был услышан российской общественностью.

 

ЛИТЕРАТУРА

  1. Жосул Е. Не ищите женщину // Российский православный университет. URL: http://рпу.рф/index.php/publikatsii/ne–ishchite–zhenshchinu.html.
  2. Заявление участников III Форума православных женщин // Официальный сайт Московского Патриархата. 2014. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/3664449.html.
  3. Ковальская К. Традиционное и нетрадиционное в религиозной жизни Российской Федерации. От Бикина до Бамбалюмы. Из Варяг в Греки. СПб.: Нестор-История, 2014. С. 393–406.
  4. Мизулина Е. Концепция государственной семейной политики Российской Федерации на период до 2025 года. М., 2013.
  5. Обращение дискуссионного клуба Всемирного Русского Народного Собора к мыслящим людям России: Верим в себя, в свой народ, в свою цивилизацию. // Всемирный русский народный собор. 2013. URL: http://www.vrns.ru/experts/2559/#.U9jhYLHy7Z4.
  6. Основы социальной концепции Русской Православной Церкви // Официальный сайт Московского Патриархата. 2005. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/141422.
  7. Православие в советское время сохранилось благодаря женщинам – убежден Патриарх Кирилл // Православие.RU. 2013. URL: http://www.pravoslavie.ru/news/61645.htm.
  8. Слово Святейшего Патриарха Кирилла на встрече с делегацией Всеукраинской общественной организации «Союз православных женщин» // Официальный сайт Московского Патриархата. URL: http://www.pravmir.ru/patriarx–kirill–feminizm–svodit–lyubov–i–otvetstvennost–k–politike–i–raspredeleniyu–vlasti–i–vliyaniya/#ixzz3AwkDZLpK.
  9. Стенограмма встречи председателя Правительства РФ В.В. Путина со Святейшим Патриархом Кириллом и лидерами традиционных религиозных общин России // Официальный сайт Московского Патриархата. 2012. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/2005767.html.
  10. Цели Союза православных женщин // Союз православных женщин. 2014. URL: http://союзправославныхженщин.рф/.
Comments are closed.