Кублицкая Е.А. Развитие процесса десекуляризации в мегаполисе (мониторинговые исследования)

К

В практике социологических опросов населения Институтом социально-политических исследований (ИСПИ РАН) для получения достоверной информации о степени религиозности и атеистичности населения применяется сбалансированная система агрегирующих показателей для построения соответствующих типологических групп. Оценочные критерии определяются на основе синтеза концептуальных признаков и ранжирования эмпирических, наблюдаемых характеристик религиозности и атеистичности, т.е. результирующих показателей, которые характеризуют религиозное и нерелигиозное сознание и поведение респондентов.

Одним из общеизвестных методологических принципов, характеризующих в целом развитие или стагнацию секуляризации общества, является дихотомическое деление населения на религиозное и нерелигиозное на основании наличия или отсутствия веры в существование сверхъестественных сил. Несмотря на то, что этот критерий является общим и фундаментальным показателем религиозного сознания, традиционные представления о боге и других догматах религии могут иметь видоизмененный характер. Для определения уровня религиозности вполне можно обходиться данным показателем и показателем самоидентификации («Считаете ли Вы себя: Верующим – Колеблющимся между верой и неверием.»)

Социология религии в обществе Позднего Модерна : сборник статей по материалам четвертой Международной научной конференции. НИУ «БелГУ», 12 сентября 2014 г. / отв. ред. С.Д. Лебедев. – Белгород : ИД «Белгород» НИУ «БелГУ», 2014. – с.171-175

При изучении десекуляризационного процесса в настоящее время учитывается в первую очередь факт «латентной» атеизации населения. Постоянно уточняются показатели атеистического, нерелигиозного сознания и поведения: если раньше верующие скрывали свои религиозные убеждения, то сейчас негативному отношению подвергаются убежденные атеисты. Проведенный социологический анализ доказывает, что показатель «самооценки» «заработал» у религиозного населения, так как нет причин скрывать свои убеждения, и в то же время он оказался недостоверным при определении нерелигиозного населения страны. Так, часть нерелигиозных респондентов или идентифицируют себя с «колеблющимися», или просто уходят от ответа (индикатор: «затрудняюсь ответить»). Таким образом, если в советский период показатель самоидентификации по отношению к религии и атеизму занижал уровень религиозности и завышал степень распространения секуляризации, то в современном российском обществе с точностью наоборот – завышает уровень и степень религиозности с занижением уровня и степени атеистичности населения.

Тем не менее, принцип необходимого сочетания показателей, характеризующих религиозное сознание и поведение индивида при измерении степени религиозности, остается неизменным в своей сущности. Но традиционное культовое поведение (как составная часть религиозного) претерпело множество изменений и в последние годы в наших исследованиях не всегда рассматривалось в качестве имманентной характеристики религиозности. Действительно, такой традиционный показатель религиозного поведения, как культовая активность, перестал быть его обязательным компонентом, поскольку участие в церковных праздниках и обрядах имеет в большинстве случаев нерелигиозную мотивацию. Культовое поведение («воцерковленность») во время богослужения не может выступать необходимым показателем измерения религиозного поведения и тогда, когда места отправления культов находятся в отдалении от местожительства или вообще отсутствуют в сельской местности.

Отметим, что если демократизация государства и церкви, соблюдение принципа свободы совести, с одной стороны, создали благоприятные условия для «воцерковления» значительного числа религиозного населения, то, с другой стороны, либерализация взаимоотношений религиозных институтов и «паствы» позволяет верующим дистанцироваться от церковной атрибутики, довольствуясь отправлением религиозных обрядов (например, молитвы, посты) вне культовых учреждений. Социологические данные Аналитического Центра ИСПИ РАН и Центра социологии межнациональных отношений ИСПИ РАН еще в 1995 г. показывали, что доля «воцерковленных верующих» в России составляла (10–15%), тогда как все религиозное население в те годы определялось на уровне 65% [2, c. 98].

Далее. При измерении уровня религиозности (с 90-х гг. ХХ столетия) в наших исследованиях группы «колеблющихся» не причисляются к религиозному населению. В результате кардинальной перестройки во всех сферах жизнедеятельности общества и, в частности, в духовной сфере, религиозное мировоззрение постоянно модифицируется, трансформируется и изменяется. Сегодня типичной чертой мировоззрения «колеблющегося» является «незавершенность» его религиозного выбора. «Промежуточное состояние» религиозного сознания характеризуется мировоззренческой неопределенностью в оценке религиозной веры и своего к ней отношения. Результаты последних социологических данных по Москве показывают, что 67% респондентов, идентифицирующих себя с «колеблющимися», «допускают существование Бога или другой сверхъестественной силы, но не убеждены в этом» или «не верят в бога и другие сверхъестественные силы». Значит, вряд ли правомерно пополнять религиозное население за счет этой группы.

При разработке методики, основанной на единых методологических принципах определения религиозности, всегда учитывается социально-культурная, национальная, межнациональная и конфессиональная специфика изучаемых регионов РФ. Поэтому, в инструментарии (анкете, стандартизированном интервью) имеется различный набор эмпирических референтов, отражающих специфику той или иной конфессии. Тем не менее, существует набор универсальных показателей, по которым строится типология по отношению к религии и атеизму. Все типологические группы сформированы на основе определенного сочетания этих показателей с присвоением соответствующего индекса.

Все вышеизложенные методолого-методические принципы реализовывались при проведении социологических исследований в столице России в 1996, 1998, 2007, 2008, 2010 и 2014 годах.

Вряд ли можно говорить о «стабилизации» религиозности в Москве.

В 1996 году уровень религиозности населения мегаполиса составлял 50%, постепенно нарастая, к 2014 году он составил 64%. За 18 лет уровень религиозности увеличился на 14 процентных пунктов (см. табл. 1).

По результатам отбора соответствующих эмпирических референтов, удельный вес убежденных верующих («воцерковленных») среди опрошенного религиозного населения составил:

в 2008 году – 33%,

в 2010 году – 45%,

в 2014 году – не более 30%.

Данный вывод делается на основе следующих показателей «воцерковленности»:

  • часто посещают храмы (церковь, мечеть, молитвенный дом) – 29% верующих;
  • часто участвуют в религиозных праздниках – 38% верующих;
  • часто участвуют в религиозных обрядах – 15% верующих;
  • часто совершают молитвы – 27% верующих;
  • часто исповедуются, причащаются – 12 % верующих;
  • часто соблюдают религиозные посты – 15% верующих.

Знаменательно, что 30% из группы верующих никогда не участвовали в религиозных обрядах и 40% из них не включены в мотивированную культовую практику.

Следовательно, анализ социологических данных последних лет выявил тенденцию роста удельного веса религиозного населения в мегаполисе, несмотря на то, что уровень воцерковленности верующих падает.

Количественные показатели групп населения, колеблющихся между верой и неверием, чуть снизились и составляют к 2014 году – 17%. А нерелигиозное население мегаполиса за последние 4 года чуть «выросло» на 3% и составило 13%. Почти половина из этой группы – убежденные неверующие (атеисты).

Соотношение религиозного и нерелигиозного населения в большой степени зависит от комплекса социально-экономических, территориальных, социополитических, исторических, конфессиональных и этнических факторов. В целом по России это соотношение составляет примерно 3:1. Оно совпадает с Центральным, Северо-Западным, Уральским, Сибирским федеральными округами. В Южном и Приволжском федеральных округах религиозное население превышает нерелигиозное в 4 раза (4:1). И только в Дальневосточном федеральном округе данное соотношение – на паритетных началах (1:1) [1, c. 99].

В Москве соотношение религиозного и нерелигиозного населения на 2014 год составляет 6:1 и занимает одно из лидирующих мест в субъектах федерации в развитии десекуляризационного процесса.

Социально-демографические характеристики религиозного населения на данном этапе реформирования российского общества становятся все более размытыми. С 1983 года не прослеживалась четкая зависимость уровня религиозности от возраста, социального положения, места жительства, образования и уровня дохода населения. Корреляции между социальными характеристиками респондентов и их религиозными взглядами носят далеко не прямолинейный характер. Тем не менее, к 2014 году в мегаполисе из предложенных семи социальных характеристик населения не только пол, но и возраст респондентов оказываются определяющими при выявлении религиозности населения.

 

Таблица 1.

Динамика уровня религиозности и атеистичности населения в мегаполисе

(типологические группы) г. Москва

Типологические группы Москва
1996 1998 2008 2010 2014
Религиозное население Верующие 50 54 62 56 64
  Колеблющиеся между верой и неверием 20 24 20 20 17
Нерелигиозное население Неверующие 28 21 4 6 7
Атеисты 6 4 6
Неверующие + атеисты 28 21 10 10 13

Источник: сектор социальных индикаторов и показателей федеративных и межнациональных отношений ИСПИ РАН

 

Доминирующие характеристики социального портрета «верующего» в мегаполисе к 2014 году: – это женщина, татарка, старше 60 лет, со средним специальным и высшим образованием, пенсионерка, из группы «малообеспеченных». Социальный портрет нерелигиозного населения имеет более четкие проявления закономерности, так как они прослеживаются во всех исследованных субъектах федерации по 5-ти позициям. В группах «неверующих» и «атеистов» чаще всего оказывается мужчина из возрастных групп до 29 лет, инженерно-технический работник или студент со средним уровнем материального достатка, русский. Во всех социальных группах фиксируется повышение уровня религиозности, в частности, наиболее заметно оно в старших возрастных группах, среди интеллигенции и пенсионеров, в группах среднего материального достатка.

Анализируя социологические данные, характеризующие соотношение уровня и степени религиозности населения мегаполиса, необходимо признать: несмотря на то, что общая численность религиозного населения за последние 18 лет выросла, тем не менее, в настоящее время фиксируется снижение степени религиозности населения за счет падения доли «воцерковленных людей» (убежденных верующих).

 

Таблица 2

Динамика уровня религиозности в социальных группах (половозрастных, социально-профессиональных, территориальных, национальных и материального достатка) В % от числа опрошенных в социальных группах г. Москвы 2008 г.,2010 г.,2014 г.

Социальные группы   Религиозное население
2008 г . 2010 г. 2014 г

 

Местожительство

 

ГОРОД МОСКВА

 

62

 

56

 

64

 

Пол 1. Мужской 49 48 62
2. Женский 63 62 73
Возраст 1.18-29 лет 63 49 59
2.30-39 лет 65 64 67
3.40-49 лет 68 57 69
4.50-59 лет 71 59 72
5. 60 лет и старше 51 56 77
Образование 1.Неполное среднее, среднее 55 49 64
2. Среднее специальное 63 56 68
3.Неполное высшее, высшее 59 56 67
 

 

 

Род занятий

 

1.Рабочий 68 59 70
2. ИТР 42 44 56
3. Служащий 59 59 67
4.Интеллигенция, не занятая на производстве 60 53 72
5. Студент 56 51 55
6. Пенсионер 57 64 79
7.Безработный, домохозяйка 61 57 68
Материальное

положение

 

1.«Обеспеченные» 55 51 49
2. «Малообеспеченные.» 56 49 69
3.«Малоимущие» 59 52
4. «Бедные» 56 65 67
Национальность

 

1. Русские 60 55 68
2. Татары 85 80 76

Источник: Московский Институт социально-культурных программ; сектор социальных индикаторов и показателей федеративных и межнациональных отношений ИСПИ РАН

 

ЛИТЕРАТУРА:

  1. Кублицкая Е.А.Особенности изучения религиозности населения в современной России (методология и методы исследования). СОЦИС. 2009. №2. С. 96–107.
  2. Новый курс России: предпосылки и ориентиры. Социальная и социально-политическая ситуация. Год 1995-й. / Под ред. Г.В. Осипова, В.К. Левашова, В.В. Локосова. М.: Аcademia, 1996. С.98.